Россия и Китай начали производство оборудования для миссии на Марс

Россия и Китай дали официальный старт изготовлению научной аппаратуры для совместной марсианской миссии. Об этом на полях 31-й регулярной встречи глав правительств двух стран в Санкт-Петербурге сообщил генеральный директор госкорпорации «Роскосмос» Дмитрий Баканов. Многомесячный этап предварительных теоретических согласований завершен — инженеры и конструкторы двух государств приступили к физическому воплощению сложнейших межпланетных приборов.

Ключевой задачей двустороннего партнерства станет участие российских специалистов в китайской миссии «Тяньвэнь-3», запуск которой намечен на конец 2028 года. Ее цель без преувеличения историческая: впервые доставить на Землю подлинные образцы марсианского грунта. Как передают профильные издания со ссылкой на Институт космических исследований (ИКИ) РАН, отечественные ученые создают для станции уникальный комплекс исследовательской аппаратуры, включая инфракрасный спектрометр ACAE для детального анализа атмосферы и климатической эволюции Марса, вобравший богатейший опыт миссии ExoMars.

Пока за океаном марсианские горизонты чаще покоряются в эффектных пресс-релизах и компьютерных рендерах, Москва и Пекин прагматично распределили роли у высокоточных станков и в чистых комнатах лабораторий. Для отечественной космонавтики это гарантированное присутствие на передовом рубеже исследований дальнего космоса без непосильной нагрузки на бюджет в виде создания отдельной сверхтяжелой ракеты. Китай же получает прямой доступ к признанной во всем мире российской научной школе космического приборостроения, аналогов которой единицы.

Марсианский вектор органично дополняет другие флагманские проекты союзников — строительство Международной научной лунной станции (МНЛС), миссию «Чанъэ-7» и сопряжение навигационных систем ГЛОНАСС и BeiDou. Отработка технологий автономной посадки и глубокой космической связи на Луне станет прямым технологическим трамплином к Марсу. Объединение ресурсов двух космических держав не просто двигает фундаментальную науку, но и наглядно формирует контуры новой архитектуры многополярного космоса, где реальные дела значат больше громких обещаний.